Сегодня я с вами, чтобы поговорить о Воскресной школе. О самом, пожалуй, дорогом, что есть в любом приходе. Ведь речь о детях — о наших детях.
Церковь учит: дети прежде всего вверены Богом родителям. А значит, вы — их первые воспитатели. Первые, на ком лежит эта ответственность и кому дана особая Божья благодать, чтобы помогать детям как можно лучше. Пусть нет у вас глубокого богословского образования — всё равно помните: как родителям, вам дана особая благодать.
Но Церковь говорит и другое. Когда доходит до таинств — Причастия, а позже и остальных, того же Миропомазания, — ответственность берёт на себя уже она. Ведь ваши дети принимают Христа, и Церковь должна убедиться, что они готовы, позаботиться, чтобы их подготовили как надо. Так что готовят детей не одни родители. Потому мы и повторяем всегда, как важно, чтобы наставление дети получали в Воскресной школе, то есть в приходе, а не только дома.
Порой у нас с этим непросто: иные семьи живут далеко, и добираться до церкви по воскресеньям им тяжелее. Жили бы мы в Италии или Польше, где храм под боком, — было бы, конечно, куда легче. Нам труднее. Но держат нас слова Церкви: чем сложнее обстоятельства, тем больше благодати даёт Бог. И правда стоит постараться, чтобы дети попадали в Воскресную школу. Они ведь ещё в том возрасте, когда идут туда, только если приведут родители. Выходит, родители в каком-то смысле такие же ученики Воскресной школы, как и сами дети: это они привозят их на занятия и берут на себя всё остальное. Но поверьте: если будем поступать именно так и вы сделаете всё, чтобы дети ходили в воскресную школу, плоды будут добрые.
С одной стороны, дети принимают Христа в Причастии и участвуют в других таинствах — исповедуются, например. И мой опыт раз за разом показывает: исповедуются дети очень хорошо. Трудности начинаются у нас, взрослых. Нам это тяжелее, вот мы порой и откладываем. А дети куда искреннее, открытее, они не боятся признаваться в своих грехах. Для ребёнка исповедь — точно не травма. Скажу так: взрослому она даётся тяжелее, чем ребёнку. Дети идут на неё охотно, радуются ей, и молитва у них очень чистая.
Потом, само собой, следует Миропомазание. И тут стоит помнить, как важно быть вместе, чтобы дети нашего прихода знали друг друга. Иногда ведь слышишь: «Мой ребёнок, ему шесть или семь, не хочет ходить в церковь» или «У меня шестилетний атеист». Как же вам удалось вырастить из шестилетки атеиста? Звучит странно, но ребёнок и не знает-то, что значит быть атеистом. Очень часто он охотно идёт в церковь, если там его друзья. А не знает никого — и всё сразу сложнее. Оттого Церковь и зовёт нас быть вместе: детям это здорово помогает. Видит ребёнок вокруг ровесников, которые ходят в церковь, на Мессу, причащаются, — и всё становится естественнее. Он уже не считает это трудным, перестаёт быть атеистом и приходит с радостью. Вещь важная. Её нельзя упускать.
Для того же мы устраиваем и летние лагеря. Я часто замечал: один летний лагерь даёт ребёнку больше, чем целый год Воскресной школы. Не потому, что заменяет её. Просто, живя бок о бок с другими детьми, вместе молясь, играя, читая молитву перед едой, ребёнок за четыре дня узнаёт и вправду очень многое. И это прекрасно дополняет Воскресную школу.
Так, шаг за шагом, понемногу ребёнок или подросток растёт как католик и потом приносит много плодов. В том и задача Воскресной школы — чтобы весь этот духовный и умственный рост шёл естественно и сообща. То есть дети растут вместе. А именно так они чаще всего и раскрываются полнее, гармоничнее.
Вот что я хотел вам сказать. Родился я в католической семье, а потому и сам с малых лет ходил в Воскресную школу. Помню: каждый год в сентябре приходили к нам двое. Дело было в маленькой деревне, и событие это было очень важным. Одна — монахиня, второй — руководитель спортивной школы, в нашем случае школы регби, потому что играли мы в основном в регби. Не мне вам объяснять: руководителя спортивной школы мы с братьями ждали с нетерпением, а монахиню — не очень. У мамы всё было наоборот: ждала она монахиню, а руководителя — не так чтобы. Оба приходили посмотреть, есть ли в доме дети подходящего возраста для воскресной или спортивной школы. И мы, ясное дело, были как все дети: спорт нам нравился больше. Но мама всегда твердила, что самое важное — прилежно ходить в Воскресную школу, а всё остальное потом. Так повторялось почти каждый год, и, скажу я вам, решение это было очень мудрое. Понятно ведь, что первой мыслью и первым желанием ребёнка Воскресная школа не станет: у него есть и другие желания, и это нормально. Спорт может радовать и воодушевлять ребёнка сильнее, но она ему необходима. Одно другому не мешает — просто приоритеты надо расставить верно. Тогда и будем спокойны: дети растут и развиваются как надо.
Помню, как каждый год, стоило прийти монахине из Воскресной школы, мы тут же удирали в сад, чтобы нас не заметили. Но мама всегда была рядом и решала сама. Ограничивала ли она этим нашу свободу? Думаю, нет. Просто в определённом возрасте, пока ребёнок ещё мал, она выбирала за нас то, что важнее, — пусть нам, детям, это и не всегда казалось самым увлекательным. А как всё же начинали ходить, совместное время, как это часто с детьми и бывает, делало всё очень приятным. Воскресная школа предлагает детям немало интересного. И всё же для нас, христиан и католиков, она должна оставаться одним из главных приоритетов.
Постараемся же, чтобы Воскресная школа и вправду занимала первое место в наших сердцах, семьях и приходе.